Clinical and epidemiological aspects of atrial fibrillation and/or flutter in patients with diabetes: a cross-sectional retrospective population study

Full Text

ВВЕДЕНИЕ

Сердечно-сосудистые заболевания (ССЗ) остаются основной причиной смертности пациентов с сахарным диабетом (СД) [1]. По данным литературы риск развития ССЗ у людей с СД примерно в два раза выше, чем у людей без нарушений углеводного обмена [2]. ССЗ у пациентов с СД ранее ассоциировались только с ишемической болезнью сердца (ИБС). Однако, нарушения ритма сердца в настоящее время играют не менее важную роль в изменении механизмов нормальной работы сердца.

ФП/ТП являются одними из наиболее распространенных хронических заболеваний, часто сопутствующих нарушениям углеводного обмена. Наличие данных заболеваний существенно увеличивает риск инсульта, сердечной недостаточности (СН) и сердечно-сосудистой смертности по сравнению с пациентами, имеющими только одну из данных патологий. Взаимосвязь между ФП/ТП и СД наиболее конкретно отражена в шкале CHA2DS2-VASc, где СД является одним из важнейших факторов, увеличивающих риск инсульта у пациентов с ФП/ТП [3]. Кроме того, у пациентов, имеющих комбинацию ФП/ТП и СД, клинические симптомы ФП/ТП выражены сильнее и значительно снижают качество жизни пациентов.

В мире распространенность пациентов с ФП/ТП колеблется от 5,3% среди пациентов с СД старше 18 лет [4] до 25% среди пациентов с СД старше 65 лет [5].

Еще в исследовании Фрамингема было показано, что частота ФП/ТП одинаково увеличивалась как у мужчин, так и у женщин с сопутствующим СД [6]. Мета-анализ когортных исследований показал, что при наличии СД риск развития ФП/ТП увеличивался на 40%. Кроме того, после пересчета данного показателя с учетом исключения множества других факторов риска данный показатель снизился менее чем вдвое, став 24% [6]. В исследовании PROactive общая частота ФП/ТП составила 2,5% за период 34,5 месяцев [6].

Данные зарубежных исследователей свидетельствуют о том, что СД способствует структурной, электрической, электромеханической и автономной перестройке предсердий, что поддерживает и даже усугубляет субстрат ФП/ТП [7].

Одним из основных механизмов развития ФП/ТП является воспаление, а также миокардиальный стеатоз, часто возникающий на фоне метаболического синдрома, при котором накопление внутриклеточных триглицеридов приводит к повышению уровня свободных жирных кислот и образованию токсичных липидов, таких как церамиды, которые, в свою очередь, вызывают ускоренный апоптоз кардиомиоцитов, а в дальнейшем и фиброз миокарда [8]. Длительная гипергликемия при СД создает основу для ремоделирования предсердий и инициирования ФП/ТП.

Дилатация предсердий приводит к активации ренин-ангиотензин-альдостероновой системы, а также к повышению уровней дисинтегрина и металлопротеиназ, что ведет к дальнейшему фиброзу и структурному ремоделированию миокарда, который характеризуется фиброзом, снижением числа кардиомиоцитов и нарушением межклеточных соединений [9].

Более того, высокий уровень глюкозы может усиливать фиброз через образование конечных продуктов гликирования, которые в свою очередь могут регулировать активность кардиальных фибробластов [10].

Ученые из Китая провели исследование на мышах для изучения влияния СД на развитие ФП/ТП. При проведении быстрой трансэзофагеальной предсердной стимуляции было показано, что частота возникновения ФП/ТП у мышей с СД была выше (93% в группе мышей с СД против 9% в контрольной группе), а средняя продолжительность ФП - больше, чем у мышей без нарушений углеводного обмена (3,48 сек. в группе мышей с СД против 0,78 сек. в контрольной группе). У мышей с СД наблюдалось значительное увеличение продолжительности зубца P (22,57 мс. в группе мышей с СД против 18,29 мс в контрольной группе) и интервалов [11].

Рандомизированные клинические исследования продемонстрировали преимущество катетерной абляции при ФП/ТП с изоляцией лёгочных вен по сравнению со стратегией медикаментозного контроля ритма у пациентов с сердечной недостаточностью с сохраненной фракцией выброса левого желудочка [12].

По данным литературы, до 65% пациентов с ФП/ТП восстанавливают синусовый ритм и улучшают сердечно-сосудистые исходы после изоляции легочных вен в рамках проведения радиочастотной абляции [13].

Учитывая тесную взаимосвязь и распространенность нарушений ритма и СД важно понимать какой вклад вносит нарушение углеводного обмена в прогноз лечения ФП/ТП.

Цель исследования: проанализировать актуальные клинико-эпидемиологические аспекты ФП/ТП у больных с СД: оценить характеристику групп по полу и возрасту, распределить их по нозологическим формам аритмии, выявить закономерность между положительным эффектом после проведенной радиочастотной абляции и наличием СД у пациентов.

МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ

Проведен ретроспективный анализ историй болезни пациентов, находившихся на стационарном лечении в кардиологическом отделении ГНЦ РФ ФГБУ «НМИЦ эндокринологии имени академика И.И. Дедова» МЗ РФ в период с 01.01.2017 г. по 30.10.2025 г.

Дизайн исследования

Ретроспективное исследование персонифицированных обезличенных данных пациентов, находящихся на стационарном лечении в кардиологическом отделении ГНЦ РФ ФГБУ «НМИЦ эндокринологии имени академика И.И. Дедова» МЗ РФ в период с 01.01.2017 г. по 30.10.2025 г. Лабораторные и инструментальные исследования, медицинские вмешательства в данном исследовании не выполнялись.

Критерии соответствия

Критерии включения: пациенты старше 18 лет с одним из диагнозов: пароксизмальная форма ФП, персистирующая форма ФП, пароксизмальная форма типичного трепетания предсердий (ТП), персистирующая форма типичного ТП, пароксизмальная форма ФП и типичного ТП, персистирующая форма ФП и типичного ТП.

Критерии невключения: отсутствие в диагнозе фибрилляции и/или трепетания предсердий.

Критерии исключения: острая декомпенсация хронической сердечной недостаточности, острый коронарный синдром и декомпенсация других сопутствующих заболеваний.

 

Условия и продолжительность исследования

Проведен анализ историй болезни среди пациентов, находящихся на стационарном лечении в кардиологическом отделении ГНЦ РФ ФГБУ «НМИЦ эндокринологии имени академика И.И. Дедова» МЗ РФ в период с 01.01.2017 г. по 30.10.2025 г.

 

Описание медицинского вмешательства

Из числа включенных пациентов сформированы следующие группы, имеющие одно из нарушений ритма сердца: пароксизмальная форма ФП, персистирующая форма ФП, пароксизмальная форма типичного трепетания предсердий (ТП), персистирующая форма типичного ТП, пароксизмальная форма ФП и типичного ТП, персистирующая форма ФП и типичного ТП. Также отдельно была выделена группа пациентов с СД 2 типа, имеющих одно из выше перечисленных нарушений ритма сердца.

Это одномоментное ретроспективное исследование, всем пациентам проводилась катетерная аблация субстрата аритмии.

Методы регистрации исходов

На основании данных выписных эпикризов проводился анализ распределения заявленных нарушений ритма сердца у пациентов с СД. 

Этическая экспертиза

Протокол исследования был одобрен локальным этическим комитетом при ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр эндокринологии», протокол № 23 от 21.12.2022.

 

РЕЗУЛЬТАТЫ

Объекты (участники) исследования

В исследование включено 874 пациента старше 18 лет, госпитализированных в отделение кардиологии и сложных нарушений ритма сердца и электрокардиостимуляции ФГБУ «НМИЦ эндокринологии им академика И.И. Дедова» Минздрава России с фибрилляцией и/или трепетанием предсердий в 2017-2025 годах.

Основные результаты исследования

Суммарно отобрано и проанализировано 874 выписных эпикриза пациентов, подходящих под критерии включения в исследование. Для удобства анализа пациенты разделы на группы по форме нарушения ритма, также в отдельную группу выделены пациенты с СД.

В группе пациентов с пароксизмальной формой ФП (группа 1) оказалось 312 пациентов – 35,7% от общего числа пациентов, что делает её самой многочисленной (таблица 1). Распределение по половому признаку было сравнительно одинаковым: 161 мужчина (51,6%) и 151 женщина (48,4%). Лидирующий возрастной диапазон – 60-69 лет (46,5%). Обращает на себя внимание высокий процент пациентов с ожирением (по ИМТ) – 191 пациент (61,2%).

Тиреотоксикоз как возможная причина развития ФП была исключена при оценке гормональной функции щитовидной железы. Ровно половина пациентов – 156 человек (50%) имели диастолическую дисфункцию левого желудочка, что объяснимо наличием пароксизмальной формы ФП. При этом диагностированную хроническую сердечную недостаточность имели лишь 107 пациентов (34,3%). В данной группе каждый пятый пациент имел СД 2 типа. Средний стаж диабета составил 8 лет. Однако процент пациентов, которым назначались препараты группы ингибиторов НГЛТ-2, был довольно низок – 33 пациента (10,6%). Еще более мал процент пациентов, получавших агонисты рГПП-1 – 5 пациентов (1,6%).

Обращает на себя внимание высокий процент пациентов с проведенной радиочастотной абляцией (РЧА) по поводу ФП – 222 пациента (71,2%). При этом повторное вмешательство потребовалось в низком проценте случаев – 39 пациентов (12,5%). Важно учитывать тот факт, что повторное проведение РЧА в большинстве случаев требовалась у пациентов с ранее выполненным вмешательством вне нашего центра – 30 пациентов (9,6%).

В группе пациентов с персистирующей формой ФП (группа 2) оказалось 229 пациента – 26,2% от общего числа пациентов, что делает её второй по численности группой (таблица 2). При распределении по половому признаку отмечалась преобладание мужского пола – 126 пациента (55%), женщины – 103 пациентки (45%). При оценке возрастного диапазона по сравнению с предыдущей группой выросло число пациентов более старшей группы – к среднему возрасту 70-79 лет относилось 76 пациентов (33,2%). Процент пациентов с ожирением остается достаточно высоким – 124 пациента (54,1%). Показатели биохимического анализа крови, уровень артериальной гипертензии, процент пациентов с СД, а также средний стаж СД сопоставимы с группой 1. Стоит отметить, что в данной группе выросло количество пациентов, принимающих препараты группы ингибиторов НГЛТ-2 – 49 пациентов (21,4%), однако данный процент остается достаточно низким. Обращает на себя внимание более высокий уровень гликированного гемоглобина – 7,7% против 7,1% в группе 1. Процент пациентов с проведенной РЧА по поводу ФП немного снижен по сравнению с первой группой – 134 пациента (58,5%). При этом повторное вмешательство потребовалось в меньшем проценте случаев – 20 пациентов (9,1%).

В группе пациентов с пароксизмальной формой ФП и типичным трепетанием предсердий (ТП) (группа 3) оказалось 156 пациентов – 17,8% от общего числа пациентов, что делает её третьей по численности группой. С числовыми показателями группы можно ознакомиться в таблице 3. При распределении по половому признаку вновь отмечалась преобладание мужского пола – 85 пациентов (54,5%), женщины – 71 пациентка (45,5%). При оценке возрастного диапазона, лидирующий оказался диапазон от 60 до 69 лет (50%), что более сопоставимо с группой 1. Процент пациентов с ожирением в данной группе значительно снизился – 34 пациента (21,8%). Показатели биохимического анализа крови сопоставимы с предыдущими группами. Стоит обратить внимание на снижение уровня пациентов с диагностированной артериальной гипертензией – 27 человек (17,3%). Средний стаж СД немного снизился по сравнению с группами 1 и 2. Процент пациентов с назначенной терапией препаратами группы ингибиторов НГЛТ-2 сохраняется на низком уровне – 17 человек (10,9%). При этом уровень гликированного гемоглобина сопоставим с группой 2 – 7,7%. Процент пациентов с проведенной РЧА по поводу ФП сохраняется приблизительно на том же уровне – 101 пациент (64,7%). Повторное вмешательство потребовалось в аналогичном первой группе проценте случаев – 22 пациента (14,1%). РЧА по поводу ТП выполнялось в подавляющем проценте пациентов в данной группе – 134 пациента (85,9%). При этом повторная РЧА в данном случае понадобилась в достаточно низком проценте случаев – 24 пациента (15,4%).

В группе пациентов с персистирующей формой типичного ТП (группа 4) оказалось 73 пациента – 8,4% от общего числа пациентов, что делает её четвертой по численности группой. С числовыми показателями группы можно ознакомиться в таблице 4. Распределение по половому признаку было сравнительно одинаковым: 37 мужчин (50,7%) и 36 женщин (49,3%). При оценке возрастного диапазона, лидирующим впервые оказался диапазон от 50 до 59 лет (20,5%). Процент пациентов с ожирением в данной группе вновь оказался внушительным – 40 пациентов (54,8%). Показатели биохимического анализа крови сопоставимы с предыдущими группами. Процент пациентов с диагностированной артериальной гипертензией в данной группе оказался высоким – 60 человек (82,2%). В этой группе возросло количество пациентов с СД – 38,4%, стаж нарушения углеводного обмена так же выше, в среднем 10 лет. Данный факт с наибольшей вероятностью обуславливает увеличение назначения препаратов группы ингибиторов НГЛТ-2 до 34%, что с наибольшей вероятностью связано с увеличением количества пациентов с СД. В то же время, ХСН регистрировалась в 74% случаев, в отличие от первых трех групп, что вновь свидетельствует о низкой частоте назначения этой группы препаратов. РЧА по поводу ТП выполнялось в подавляющем проценте случае, что сопоставимо с группой 3 – 72 пациента (98,6%). Повторная РЧА также требовалась в очень низком проценте случаев – 8 пациентов (11%).

В группе пациентов с персистирующей формой ФП и типичного ТП (группа 5) оказалось 65 пациентов – 7,4% от общего числа пациентов, что делает её пятой по численности группой. С числовыми показателями группы можно ознакомиться в таблице 5. В распределение по половому признаку большинство занимали мужчины – 38 человек (58,5%), женщины были в меньшинстве – 27 человек (41,5%). При оценке возрастного диапазона, вновь лидирующим оказался диапазон от 60 до 69 лет (64,6%), что сопоставимо с группой 1. Процент пациентов с ожирением в данной группе снова оказался довольно высоким – 34 пациента (52,3%). Показатели биохимического анализа крови сопоставимы с предыдущими группами. Процент пациентов с диагностированной артериальной гипертензией впервые среди всех групп оказался абсолютным – 100%. В этой группе наибольшее среди всех анализируемых число пациентов с СД – 50,8%, стаж нарушения углеводного обмена при этом охраняется на том же уровне – 8 лет. В этой связи увеличилось количество назначения препаратов группы ингибиторов НГЛТ-2 до 33,8%, что с наибольшей вероятностью связано с увеличением количества пациентов с СД. В то же время, ХСН регистрировалась в 84,6% случаев, в отличие от предыдущих групп, что вновь свидетельствует о низкой частоте назначения этой группы препаратов. Процент пациентов с проведенной РЧА по поводу ФП значительно снижен в данной группе – 15 пациентов (23,1%). При этом обращает на себя внимание повышение процента пациентов с повторным вмешательством – 11 человек (16,9%). РЧА по поводу ТП выполнялось лишь в половине случаев – 50,8%, при этом повторное вмешательство не потребовалось ни для одного из пациентов данной группы.

В группе пациентов с пароксизмальной формой типичного ТП (группа 6) оказалось 39 пациентов – 4,5% от общего числа пациентов, что делает её самой малочисленной среди всех. С числовыми показателями группы можно ознакомиться в таблице 6. Распределение по половому признаку было сравнительно одинаковым: 20 мужчин (51,3%) и 19 женщин (48,7%). При оценке возрастного диапазона было сложно выявить лидирующую группу, распределение произошло равномерно между всеми возрастными диапазонами. Обращает на себя внимание отсутствие пациентов с ожирением в данной группе, что скорее всего связано с её низкой численностью. Показатели биохимического анализа крови сопоставимы с предыдущими группами. Процент пациентов с диагностированной артериальной сохраняется высоким – 66,7%. Процент пациентов с СД, а также средний стаж СД сопоставимы с большинством групп. Процент назначения препаратов группы ингибиторов НГЛТ-2 продолжает сохраняться на низком уровне – 10,3 %, однако в этой группе отсутствовали пациенты с ХСН, что может объяснять низкий процент назначения НГЛТ-2. РЧА по поводу ТП выполнялось в абсолютном числе случаев – 100%. При этом повторное вмешательство потребовалось в довольно низком проценте случаев – 3 пациента (7,7%).

Для наглядности проводимого анализа в отдельную группу среди всех пациентов были выделены пациенты с СД, здесь оказалось 218 пациентов – 24,9% от общей численности. С числовыми показателями группы можно ознакомиться в таблице 7. Наиболее частым нарушением ритма у пациентов с СД является пароксизмальная ФП – 67 пациентов (30,7%). Разделение по гендерному признаку соотносимо со всеми группами пациентов. Лидирующим возрастным диапазоном являются значения от 70 до 79 лет (25,2%). Процент ХСН в данной группе пациентов остается высоким – 62,8%. Лидирующим является процент назначения препаратов группы ингибиторов НГЛТ-2 – 130 пациентов (59,6%), что обусловлено непосредственным наличие нарушения углеводного обмена у всех пациентов данной группы. РЧА по поводу ФП выполнялось практически в половине случаев – 47,7%. При этом повторное вмешательство потребовалось в низком проценте случаев – 14,2%, что является статистически сопоставимым с группами пациентов без СД. РЧА по поводу ТП выполнялось в 39%. При этом повторное вмешательство потребовалось в довольно низком проценте случаев – 9 пациентов (4,1%), что также сопоставимо с группой пациентов без СД.

ОБСУЖДЕНИЕ

Резюме основного результата исследования

Результаты проведенного нами ретроспективного анализа групп пациентов с нарушениями ритма показывают, что у пациентов с СД чаще регистрируется пароксизмальная или типичная форма трепетания предсердий. Наибольшее количество таких пациентов имеют одновременно персистирующую форму типичного трепетания и фибрилляции предсердий при сопоставимых возрасте, стаже диабета, сахароснижающей терапии, уровню гликированного гемоглобина, медикаментозной терапии антиаритмиками, бета-блокаторами, ингибиторами ренин-ангиотензин-альдостероновой системы, статинами. Также у данных пациентов наиболее часто регистрируется высокий функциональный класс хронической сердечной недостаточности и диастолическая дисфункция левого желудочка.

Обсуждение основного результата

При сравнении групп пациентов без СД и с его наличием, не получено убедительных данных о влиянии СД на исход проводимой радиочастотной абляции. Процент проведения повторного хирургического вмешательства сопоставим у пациентов с СД и без него. Данные результаты сопоставимы с выводами ученых из Израиля, проводивших оценку влияния СД 2 типа на исход проводимого хирургического лечения ФП. Популяция данного исследования включала 606 пациентов. Группа I (пациенты без СД) состояла из 484 пациентов, а Группа II (пациенты с СД 2 типа) — из 122 пациентов. Пациенты с СД были старше, у них чаще наблюдалась гипертензия и случаи цереброваскулярных заболеваний. Средняя продолжительность наблюдения составила 39,0 ± 22,7 месяцев. Процент отсутствия рецидива ФП был схож между группами без СД и с СД 2 типа после 1 года наблюдения: 414 (88,2%) против 101 (87,1%), после 3 лет наблюдения: 360 (86,3%) против 84 (79,9%) и после 5 лет наблюдения: 226 (74,1%) против 55 (71,5%) соответственно. Кроме того, смертность через 1 и 3 года была схожей между группами без СД и с СД 2 типа: 2,5% против 4,9% и 5,6% против 10,5% соответственно. Хирургическая абляция имела высокий уровень эффективности у пациентов обеих групп — с СД 2 типа и без него — наблюдался схожий процент рецидивов ФП через 1, 3 и 5 лет наблюдения. Более того, смертность через 1 и 3 года после хирургической абляции также была схожей в обеих группах [14].

Обращает на себя внимание практически полное отсутствие назначения агонистов р-ГПП-1 и неоправданно малая частота применения препаратов группы ингибиторов НГЛТ-2 у пациентов с нарушением углеводного обмена и высоким процентом хронической сердечной недостаточности, несмотря на современные рекомендации. 

Кроме того, есть данные зарубежных авторов о том, что частота возникновения ФП/ТП значительно зависит от получаемой сахароснижающей терапии. Показано, что у пациентов с СД, принимающих ингибиторы натрий-глюкозного котранспортера 2 типа, наблюдается более низкая частота ФП/ТП [15]. Также полученные нами результаты в этом вопросе согласуются с выводами крупного масштабного исследования CAPTURE. Общая выборка данного исследования включала 9823 взрослых с СД 2 типа. Среди участников выборки медиана стажа диабета составила 10,7 лет, а уровень гликированного гемоглобина — 7,3% [16]. Ингибиторы НГЛТ-2 использовались чаще, чем агонисты р-ГПП-1 (15,0% против 8,6%) в общей выборке исследования, при этом использование обеих терапевтических классов было схожим в группах с ССЗ и без ССЗ и оставалось низким во всех группах [16].

Управление сопутствующими заболеваниями, в том числе сахарным диабетом, ассоциируется с благоприятными исходами в отношении рецидивов ФП/ТП и сердечно‑сосудистой нагрузки — таких как сердечная недостаточность (СН) и риск инсульта [17].

Ограничения исследования

Исследование имело несколько ограничений: одноцентровой характер, отсутствие возможности оценки отдаленных результатов эффективности оперативного вмешательства, в связи с тем, что не все пациенты продолжили дальнейшее наблюдение в Центре.

 

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

По данным проведенного исследования у больных с ФП и ТП количество пациентов с СД 2 типа составило 24,9%. Учитывая тесную взаимосвязь и распространенность нарушений ритма и СД важен поиск прогностически значимых маркеров, позволяющих выделить группу высокого риска развития фибрилляции и трепетания предсердий.

Несмотря на многочисленные Международные и Российские Рекомендации по необходимости назначения препаратов группы и-НГЛТ-2 у пациентов с СД 2 типа, а также у пациентов, не имеющих нарушения углеводного обмена, но диагностированной ХСН, на практике процент назначения данных препаратов очень низок.

Радиочастотная абляция субстрата аритмии при ФП и ТП имела одинаково высокий уровень эффективности как у пациентов с СД2, так и без нарушений углеводного обмена.

В настоящее время проведено недостаточное количество исследований, удовлетворяющих масштабной оценке взаимосвязи ФП/ТП и СД, что требует дальнейшего изучения данного вопроса.

 

Вклад авторов

• Мясникова А. С. – получение и анализ фактических данных, написание и редактирование текста статьи.
• Бондаренко И. З. – анализ фактических данных, написание и редактирование текста статьи.
• Шацкая О. А. – анализ фактических данных, написание и редактирование текста статьи.
• Хамнагадаев И. А. – проверка и утверждение текста статьи.
• Белоусов Л. А. – проверка и утверждение текста статьи.
• Мелкозёров К. В. – проверка и утверждение текста статьи.
• Булавина И. А. – проверка и утверждение текста статьи.
• Тюрин Н. И. – проверка и утверждение текста статьи.
• Букацелло Р. С. – проверка и утверждение текста статьи.
• Гомова И. С. – проверка и утверждение текста статьи.
• Калашников В. Ю. – проверка и утверждение текста статьи.
• Шестакова М. В. – проверка и утверждение текста статьи.

Все авторы одобрили рукопись (версию для публикации), а также согласились нести ответственность за все аспекты настоящей работы, гарантируют надлежащее рассмотрение и решение вопросов, связанных с точностью и добросовестностью любой её части.

При создании настоящей работы авторы не использовали ранее опубликованные сведения (текст, иллюстрации, данные)

 

Доступ к данным

Все данные, полученные в настоящем исследовании, доступны в статье.

Этическая экспертиза

Протокол исследования был одобрен локальным этическим комитетом при ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр эндокринологии», протокол № 23 от 21.12.2022.

Согласие на публикацию

Непременимо

Источники финансирования

Госзадание «Дисфункция миокарда и формирование сердечной недостаточности в исходе морфологических, молекулярно-генетических и биохимических нарушений в сердечной мышце у пациентов с эндокринопатией» НИР № 123021000043-0 (IDC#22237).

Раскрытие интересов

Авторы декларируют отсутствие явных и потенциальных конфликтов интересов, связанных с публикацией настоящей статьи.

Заявление об оригинальности

При создании настоящей работы авторы не использовали ранее опубликованные сведения (текст, иллюстрации, данные).

Генеративный искусственный интеллект

Генеративный ИИ использован не был.

About the authors

Anastasia S. Myasnikova

Endocrinology Research Centre, Moscow

Author for correspondence.
Email: asymyasnikova@mail.ru
ORCID iD: 0009-0000-9333-2757
SPIN-code: 9299-6280
Russian Federation, Moscow, Russia

Irina Z. Bondarenko

Endocrinology Research Centre, Moscow

Email: bondarenko.irina@endocrincentr.ru
ORCID iD: 0000-0002-5178-6029
SPIN-code: 4524-4803
Russian Federation, Moscow, Russia

Olga A. Shatskaya

Endocrinology Research Centre, Moscow

Email: shackaya.olga@endocrincentr.ru
ORCID iD: 0000-0003-1831-8052
SPIN-code: 3778-0968
Russian Federation, Moscow, Russia

Igor A. Khamnagadaev

Endocrinology Research Centre, Moscow; Pirogov National Research Medical University, Moscow

Email: hamnagadaev.Igor@endocrincentr.ru
ORCID iD: 0000-0002-9247-4523
SPIN-code: 6338-4990
Russian Federation, Moscow, Russia; Moscow, Russia

Leonid A. Belousov

Endocrinology Research Centre, Moscow

Email: belousov.leonid@endocrincentr.ru
ORCID iD: 0000-0003-4169-1066
SPIN-code: 6468-2750
Russian Federation, Moscow, Russia

Konstantin V. Melkozerov

Endocrinology Research Centre, Moscow

Email: melkozerov.k@endocrincentr.ru
ORCID iD: 0000-0002-7328-6316
SPIN-code: 5307-9820
Russian Federation, Moscow, Russia

Irina A. Bulavina

Endocrinology Research Centre, Moscow

Email: bulavina.irina@endocrincwntr.ru
ORCID iD: 0000-0002-6267-3724
SPIN-code: 1275-2773
Russian Federation, Moscow, Russia

Nikolai I. Tiurin

Endocrinology Research Centre, Moscow

Email: tyurin.nikolay@endocrincentr.ru
ORCID iD: 0000-0003-3366-368X
SPIN-code: 7650-3845
Russian Federation, Moscow, Russia

Raisa S. Bukatsello

Endocrinology Research Centre, Moscow

Email: bukatsello.raisa@endocrincentr.ru
SPIN-code: 9349-6790
Russian Federation, Moscow, Russia

Irina S. Gomova

Endocrinology Research Centre, Moscow

Email: gomova.irina@endocrincentr.ru
ORCID iD: 0000-0001-6318-1345
SPIN-code: 7707-6891
Russian Federation, Moscow, Russia

Viktor Yu. Kalashnikov

Endocrinology Research Centre, Moscow, Russia

Email: kalashnikov.victor@endocrincentr.ru
ORCID iD: 0000-0001-5573-0754
SPIN-code: 5342-7253
Russian Federation, Moscow, Russia

Marina V. Shestakova

Endocrinology Research Centre, Moscow

Email: shestakova.marina@endocrincentr.ru
ORCID iD: 0000-0003-3893-9972
SPIN-code: 7584-7015
Russian Federation, Moscow, Russia

References

Supplementary files